О содержании понятия «Социальная педагогика» с точки зрения православного человека

«Христианское преуспеяние, — писал святитель Игнатий Брянчанинов, — доставляется исполнением евангельских заповедей в самоотвержении: очевидно, что земная ученость, имеющая своим началом падение человечества, не может принимать никакого участия в деле обновления человечества Искупителем. Она делается великим препятствием в этом деле, если не будет решительно подчинена Премудрости Божией…»

Социальная педагогика, по определению А. В. Басова, это педагогика, нацеленная на преобразование социума, преобразование той конкретной среды, в которой возрастает и формируется человек, и через это преобразование, через педагогизацию окружающей среды осуществляется воспитание личности1.

«Главной сферой деятельности социального педагога является социум (сфера ближайшего окружения личности, сфера человеческих отношений)[…] Деятельность социального педагога сориентирована на работу с человеком в личностно-средовом контексте[…] Социальный педагог по своему профессиональному назначению стремится, по возможности, предотвратить проблему, своевременно выявить и устранить причины, порождающие ее, обеспечить превентивную профилактику различного рода негативных явлений (нравственного, физического, социального и т. п. плана), отклонений в поведении людей, в их общении и, таким образом, оздоровить окружающую их микросреду»2.

Однажды, в некоем научном собрании, православные врачи и психологи обсуждали сравнительную эффективность двух конкретных методик помощи людям, страдающим зависимостью от алкоголя. Высказывались очень тонкие соображения о принципах, воздейственности, последствиях помощи. Присутствующий на собрании американский православный священник, выступил и сказал: «Братия и сестры! Я вас не понимаю. Вы спорите о том, как лучше помочь людям, уже пристрастившимся к алкоголю, а между тем, на улицах вашего города, на каждом шагу круглосуточно продают алкоголь всевозможного вида любому желающему по сравнительно доступной цене. Вы не хотите борьбу с алкоголизмом в вашей стране начать с ограничения такой свободы в его навязывании людям?»

Этот пример позволяет задуматься о границах возможностей социального педагога там, где проблема носит собственно социальный характер. Изучая литературу, мы увидели, что в социальной педагогике связь социальных и педагогических проблем была отмечена еще в начале века. Немецкий философ и теоретик педагогики П. Наторп в своей книге «Социальная педагогика», русское издание которой появилось в 1911 году, писал: «Социальные и педагогические вопросы во всем мире наиболее «жгучи» для серьезно и глубоко мыслящих людей; и весь мир вновь начинает проникаться старым платоновским убеждением, что в конечном итоге социальный вопрос является вместе с тем и педагогическим, выделенным лишь «более крупным шрифтом», а педагогический вопрос является, в свою очередь, и социальным»3. По мысли ученого, идеальной моделью социально-педагогического воздействия является государство, в котором «…как хозяйственная, так и административная деятельность в качестве простых средств должны подчиняться высшей цели образования людей. В идеале — хозяйственная работа, как и социальная организация, должны были бы стать непосредственными факторами образования; то есть они должны были бы быть целиком так устроены, чтобы не только наряду с исполнением своих особых задач повиноваться некоторой последней цели образования людей, но и сотрудничать в деле ее осуществления. До этой высоты идея образования на разумной основе (под именем «философии») обсуждалась уже Платоном, и от вытекавшего у него отсюда социально-педагогического воззрения на государство нельзя в отношении основной идеи ничего убавить»4.

Действительно, именно Платона в европейской культурной традиции справедливо считают автором первого социально-педагогического проекта, и от него через всю историю тянется длинный ряд социальных утопий, важной составляющей которых почти непременно является система педагогических взглядов, призванная воспитать человека, который соответствовал бы тому или иному социальному устройству.

В сущности, все социальные утопии, в том числе и внедрявшиеся называемым «реальным социализмом» в ряде стран, включая нашу многострадальную Родину, являются глобальными социально-педагогическими проектами,»призванными, с одной стороны, построить по своему почину «рай» на земле, и с другой стороны, сформировать «нового человека», отвечающего требованиям этого земного «рая».

Историческая практика доказала неисполнимость того и другого.

Следует заметить, что существуют два разных значения термина «социальная педагогика». Первое, о котором мы говорили до сих пор, подразумевает интеграцию воспитательных сил общества с целью повышения культурного уровня народа. Второе — имеет в виду социальную помощь обездоленным детям, их опеку, профилактику правонарушений несовершеннолетних и т. п.5 С этой точки зрения, одной из важнейших задач социальной педагогики является создание социальных институтов, являющихся альтернативой негативному влиянию среды. Это и работа с семьей, и организация досуговой деятельности, физкультура и спорт, пропаганда здорового образа жизни, содействие в развитии творчества, поддержка детских и молодежных инициатив и прочее. Хотя такие институты и были созданы, однако зло продолжает умножаться. А ведь подлинная альтернатива всему мировому злу давно существует. Имя ей — Православная Церковь.

Наши чтения называются Богоявленскими в честь церковного праздника Богоявления. Видимо, не случайно. Именно с этого дня началось общественное служение Господа нашего Иисуса Христа, являющее нам совершенные образы Спасителя, Пастыря, Врача и Учителя. Нам остается лишь стать Его прилежными учениками, и, в меру своих возможностей, воспринять благодать Божию, сохранить ее и постараться передать ее своим воспитанникам. И об этом Господь позаботился, основав для нас Училище благочестия — Свою Церковь.

«Целевой ориентацией деятельности социального педагога является формирование здоровых, воспитывающих, гуманных отношений в социуме»6.

На протяжении уже почти двух тысяч лет Церковь воссоздает ту среду, которая воспитывает благочестивого и добродетельного человека, ведя его по пути спасения.

Чему учит наш Божественный Учитель? «…Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею: вот, первая заповедь? Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. Иной большей сих заповеди нет» (Мк. 12; 30-31). Может ли предложить вся мировая культура более здоровые, воспитывающие и гуманные отношения в социуме?

«Социальный педагог заботится о возрождении, сохранении и развитии духовных ценностей общества, традиций семейно-соседских общностей, сельской общины, народной педагогики, культуры, медицины»7.

России, русскому народу исторически необычайно повезло: волею Божьего русская культура, российская государственность, сама нация русская сформировались в лоне Православной Церкви и являются православно-христианскими в самой сущности своей. Отпадение от Церкви той или иной социальной группы, сословия болезненно искажало уклад его жизни, быт и ставило под угрозу самое бытие. Сегодня, после семи с лишним десятилетий жестоких преследований Церкви со стороны богоборческого государства, разрушен уклад жизни нашего народа, который насильственно оторван от своих духовных корней, от Божественного источника и находится в опаснейшем положении, грозящем ему духовной смертью и физическим исчезновением.

Неповрежденными и живыми традиции русского народа сохранились лишь в непрерывающейся жизни Церкви, которая по Божьему обетованию пребудет до конца дней и врата ада не одолеют Ел (Мф. 16, 18). Если народ хочет сохраниться физически — он должен сохранить свою духовную основу, а если он хочет сохранить свою духовную основу, он должен воцерковить-ся. Поэтому задача православного социального педагога формулируется очень просто.

Когда-то, в античные времена, педагогом называли раба, который приводил порученного ему ребенка к учителю. Мы, христиане, — рабы Божий, и если Господь определил кому-то из нас служение педагогическое, то обязанность наша — привести вверенных нам Господом детей к нашему Единственному Учителю, ко Христу, в Дом Его — православный храм.

В научной литературе описывается множество ролей социального педагога: он и посредник между личностью и обществом, и защитник интересов конкретного человека, и участник совместной деятельности, и социальный терапевт, и, наконец, своеобразный духовный наставник, заботящийся о формировании нравственных ценностей в социуме. Для эффективного исполнения этих ролей в программе подготовки социальных педагогов предлагается широкий круг знаний, умений и навыков в общекультурной, медико-биологической, психолого-педагогической и конкретно-предметной областях. Предлагается активное владение педагогическими технологиями, психологическими, психотерапевтическими и социальными техниками.

Однако вопрос о духовной направленности или хотя бы ориентации социального педагога даже не ставится. Не определяется цель воспитания, что приводит к эклектическому набору самоочевидно духовно несовместимых средств. Так, в рамках одной программы изучение православных национально-религиозных традиций русского народа «мирно» соседствует с изучением биоэнергетики, в курсе которой перемешаны аюрведа, астрология, учение В. И. Вернадского о биосфере, магия, экстра-сенсорика, трансцендентальная медитация, диагностика кармы, учение о стрессе, эфирные, астральные и ментальные тела и т. д. и т. п.8 Или (в другой программе) православное учение о семейной жизни соседствует с рекомендациями сексологов, опирающихся на фрейдистское понимание механизмов душевной деятельности9.

Между тем, программа деятельности православного социального педагога исчерпывающе определяется исполнением им заповедей Божиих, обязательным для всякого христианина. Положение православного социального педагога необычайно счастливо — его профессиональное служение и требования, предъявляемые нормами Церкви, совпадают. «Техникой» для исполнения этих требований является опытная наука — аскетика: учение о духовных связях человека. И если называют «железными» законы механики, то воистину законы аскетики должно называть «алмазными», по крепости10.

В заключение хотелось бы проиллюстрировать все выше изложенное описанием конкретного опыта работы социальных педагогов в Православном Центре наркологической помощи при храме Святителя Николая Чудотворца в подмосковном селе Ромашкове. Все знают о том, какой проблемой является алкоголизм для миллионов людей, страдающих этой болезнью, их семей, их детей. Это настоящая социально-педагогическая проблема, прежде всего для детей, вынужденных жить в условиях дефектного социума. Но это еще и проблема духовная. Учение христианской аскетики о страстях не разделяет страсти на плохие и хорошие, как это делает «научная» психология нового времени и, вслед за ней, обыденное сознание современного человека. Всякая страсть — зло. «Быстро все превращается в человеке, — писал Н. В. Гоголь, — не успеешь оглянуться, как уже вырос внутри страшный червь, самовластно обративший к себе все жизненные соки. И не раз не только широкая страсть, но ничтожная страстишка к чему-нибудь мелкому разрасталась в рожденном на лучшие подвиги, заставляла его позабывать великие и святые обязанности и в ничтожных побрякушках видеть великое и святое. Бесчисленны, как морские пески, человеческие страсти, и все не похожи одна на другую, и все они […] вначале покорны человеку и потом уже становятся страшными властелинами его»11.

Страсть лишает человека величайшего Божьего дара — свободы. «Разве наши страсти — не те же идолы, которым мы поклоняемся всю жизнь?!» — спрашивает величайший духовный авторитет России архимандрит Иоанн (Крестьянкин)12. И разве только идолу пьянства, а у этого идола в имя есть — Бахус, мы усердно служим? А чревоугодие, сребролюбие, гордыня, тщеславие, блуд, гнев, уныние, печаль, отчаяние? И многое, многое другое. Оставление страстей — первая задача христианской жизни. Святые подвижники даровали нам драгоценный опыт преодоления страстей самого разного рода, опираясь на помощь Божию.

Примечания

1. Басов А. В. К вопросу о предмете социальной педагогики // Теория и практика социальной работы: Отечественный и зарубежный опыт. М., Тула, 1993. Т. 1.

2. О работе социального педагога: Методическое письмо // Социально-педагогический колледж. М., 1995. Кн. 1. С. 29.

3. Наторп П. Социальная педагогика. СПб., 1911. Предисл.

4. Наторп П. Указ. соч. С. 164.

5. Социальная педагогика: Теория. Методика. Опыт исследования. Свердловск, 1989.

6. О работе социального педагога. С. 16.

7. Там же.

8. Социально-педагогический колледж. М., 1995. Кн. 1-2.

9. Социальная педагогика: (Экспресс-учебное пособие). Челябинск, 1994.

10. Флоренский Павел, священник. Из богословского наследия // Богословские труды. М., 1977. Сб. 17. С. 128.

11. Гоголь Н. В. Поли. собр. соч. М., 1951. Т. 6. С. 242.

12. Иоанн (Крестьянкин), архимандрит. Опыт построения исповеди. М., 1993. С. 17.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *